Не просто рейв в пустыне Узбекистана

14-15 мая на берегу высохшего Аральского моря, в республике Каракалпакстан, прошел фестиваль электронной музыки, искусства и науки под названием «Стихия». Он проводился уже в третий раз и одной из целью было привлечение внимания к экологической проблеме региона и помощи в его развитии. О том, как прошло это уникальное событие, в рассказе Николая Обглодина, посетившего мероприятие, путешествуя по Узбекистану


(Festival of electronic music, art and science called "Stihia" was orgnanized on the shores of the dried up Aral Sea, in the Republic of Karakalpakstan on May 14-15. It was held for the third time and one of the goals was to draw attention to the ecological problem of the region and help in its development. How this unique event went in the story of Nikolai Obglodin, who attended the event while traveling across Uzbekistan)

Вода ушла отсюда на 60 км. С 1961 г. площадь моря сократилась в 8 раз. По высоте утеса можно наблюдать прежнюю глубину. Однако, представить здесь море сложно, либо, кажется, что это было очень давно, как будто, здесь плавали динозавры, но понимая, что катастрофа произошла на нашем веку, и не по вине метеорита, а от деятельности человека, ощущаешь возмущение, смешанное с грустью. Море начало уменьшаться после ужасного решения советских властей, еще во времена Сталина практически вручную были выкопаны тысячи километров оросительных каналов для хлопка, по которым воды Амударьи и Сырдарьи устремились в пустыню. К 60-м годам природный запас иссяк и море начало стремительно уменьшаться. А на высохшем дне обнажились, ранее слитые в море химикаты, которые песчаные бури теперь разносят вокруг. Ядовитые соли Аральского региона обнаружены даже в крови пингвинов Антарктиды, на ледниках Гренландии, не говоря уже о ближайшей территории.

Теперь вместо волн здесь километров барханов, от порта осталось лишь кладбище старых кораблей. Это немногое, что напоминает о море, а еще маяк, который таинственно светит этим ржавым призракам. Когда наступает тьма, кажется, что скелеты рыбаков поплывут на них по воздуху. Я иронически называл нашу компанию друзей пиратами Аральского моря, но единственное, что мы смогли награбить - это несколько ракушек, с трудом находившиеся в песке, и взятые как самое ценное сокровище. Основной целью же пиратства было сражение со стихией, точнее выживание на фестивале под названием «Стихия», который оказался весьма приятным событием.

Для проведения этой битвы ощущалось как много сил сюда вложили организаторы. Например, для тех, кто не готов к жизни в палатке, построили юрты. По их конструированию был даже отдельный воркшоп. Юрты добавляли необходимую эстетику, превращая палаточный лагерь в отдельное поселение. В здании бывшего маяка работал музей, а в одном из корпусов кафе, можно было набрать воды или покушать. Был установлен целый вагончик с душем. Вода была также в доступе и в магазине, и всё это значило, что мы не умрем от засухи! Но не смотря, на возможность выполнение базовых запросов на комфорт, недолгая жизнь в пустыне научила с еще большим трепетом ценить и экономить водные ресурсы. Вода, как в кафе, так и ближайшем регионе чувствовалась слегка соленой. А вид на пустыню добавлял осознание ценности каждой капли.

Мне вспомнился сюжет перестроечного фильма «Фонтан», когда в Петербург приезжает дедушка из Туркмении, строитель Каракумского канала (одна из причин гибели Моря) , и наблюдает пробитую водопроводную трубу во дворе, до которой никому нет дела, вода утекает просто так. После фестиваля я начал трепетно выключать кран, стараясь использовать уже слитое, как например, при мытье посуды.

В этом можно попытаться найти и обучающий подтекст нахождения здесь. В программе фестиваля была и просветительская часть, помимо уже озвученного воркшопа по юртам и работы музея, проходила дискуссия о спасении моря, с приглашенными специалистами. Территория феста была оборудована партами и стульями, по моей догадке, взятых из местной школы. Они создавали приятную дружескую атмосферу, образуя небольшой ресторанный дворик / столовую, под тентами, где все желающие могли проводить время.

Этот двухдневный оазис расположился на окраине ближайшего городка — Муйнак. Он был в пешей доступности, но для передвижения был возможен и прокат велосипедов. Байки — неотъемлемый атрибут фестивалей, т.к. из-за большой площади, передвижение пешком занимает много сил и времени. Например, как на Burning Man, фесте в пустыне Невады, с которым многие сравнивали «Стихию», называя узбекской версией. Но здесь совсем другая движуха, кроме музыки, песка и велосипедов, общего мало. Да, и пустыня с непростой историей. Одним из важных моментов экологической части феста, кроме дискуссий и раздельного сбора отходов, была посадка волонтерами двух тысяч деревьев и кустарников для восстановлению экосистемы Приаралья.

Доехать до той части моря, где еще осталась вода, можно было арендовав такси. Сохранившиеся море стало настолько концентрировано солью, что утонуть там невозможно, как в знаменитом Мертвом Море в Израиле. Соль держит тебя на плаву, не давая погрузиться на глубину. Никакая рыба, в такой воде, уже конечно, не выживает.

Помимо боли от осознания катастрофы, пустыня с брошенными кораблями заряжала магией. Можно было представить себя героями пост-апокалиптического фильма, «Безумного Макса», или «Водного Мира», где последние выжившие экономят воду, правда обитают в палатках и юртах, и танцуют под электронные биты.

К оформлению территории было уделено огромное внимание. Корабли украшала иллюминация, а ночью их озаряла проекция со скалы. Стены маяка были разрисованы светящимися в темноте граффити. Одним из арт объектов феста стала гигантская деревянная рыба, словно вернувшиеся в свою стихию. Внутри рыбы можно было лазеть и чилиться, с защитой от солнца.

В ходе путешествия по Узбекистану замечался стремительный курс на развитие туризма в стране, который стоит отметить весьма умело реализовывался и фестиваль «Стихия» вполне в него вписывался. По этой причине могу предположить, что начатый группой энтузиастов фестиваль, был поддержан министерством туризма. Возможно без такого коннекта, фест вообще мог не состояться, не стоит забывать, что совсем недавно в Узбекистане было в двух словах намного меньше свобод, в том числе и для культурно-развлекательной сферы.

В Средней Азии нет каких-либо значительных фестивалей, за исключений нескольких локальных diy мероприятий, поэтому «Стихия» стал местом объединения коммьюнити всех соседних стран. Было много людей из Казахстана и Кыргызстана. Периодически доносилась английская речь. Например, в соседней от меня палатке жил чел из Англии, он только приехал в Ташкент и остановился на ночь по couchsurfing, где его и позвали на фестиваль, новые знакомые. Фест вызвал большое внимание различных СМИ, для одного из TV я даже дал интервью. «Стихия» в плане привлечения туристов в Узбекистан выглядит весьма успешно, т.к. большая масса публики поехала смотреть достопримечательности по городам на пути в Ташкент. Мы постоянно встречали в самых разных местах людей с фестиваля. "Стихия" растворились по Узбекистану невидимой связью в виде браслетов, которые люди не снимали после окончания тусы. Браслет был максимально ценным, когда нужно пробраться из палаточного лагеря на главную сцену. Она была просто гигантской, сюда везли звуковое и световое оборудование с самого Ташкента.

Вторая сцена находилась внутри лагеря, в самодельным пляжном баре. Палаточный городок как и главная сцена были обнесены забором, куда пускали только посетителей феста. В этом моменте стоить объяснить, что участие в фестивале бесплатное. Нужно было пройти предварительную регистрацию на сайте. События такого ранга здесь, можно сравнить с днем города или другим главным праздником. И да и они наверняка уступит по мощности «Стихии». По этой причине огромное количество местных жителей всех возрастов, с семьями и детьми, устремились на фестиваль., вдоль раскинулись торговые уличные ряды, как мерчем на концертах. Тут продавалась еда и напитки. Многие видели в фестиваля и коммерческий интерес, и поддержать местных жителей, весьма логично, но иногда это доходило до забавных случаев, мне например, предлагали купить насвай :) Количество локальных людей в разы превышало публику феста.

Танцпол у основной сцены как и палаточный лагерь был огорожен, и охранялся полицией, туда впускали только по браслетам. Большинство местных окружили забор и просто наблюдали за происходящем. Некоторые пытались пройти внутрь, из-за этого возникало небольшое столпотворение. Чувствовалась какая-то стена, не только из-за забора, но и в культурном плане, рейверы танцуют, а большая часть людей смотрит на это, как на спектакль, новое и непонятное происшествие. Какой-то откровенной агрессии я не замечал, но напряжение местами летало в воздухе, и присутствие полиции, как секьюрити, в данном случае, было более чем оправдано.

Но большинство все же было настроено празднично, и отдыхало, как умеют. Локалс фоткались с приезжими. Люди даже из Ташкента или соседнего Казахстана, уже воспринимались как интересные иностранные гости. Со мной сфоткалась группа детишек, которые большими группами гуляли в округе под надзором родителей. Кто знает, может после прослушивания очередного техно сета, кто-то из них станет новым мировым талантом.

Помимо культурного обмена, это возможность создания праздника и места отдыха для местных. Ночью кладбище кораблей, красиво подсвечиваясь, стало временной реакционной зоны, сюда устремились толпы прогуливающихся людей, часто целыми семьями, любуюсь эффектным зрелищем, они фотографировались и наблюдали за песчаными танцами рейверов. Днем здесь была организована мини сцена, и диджеи рубили музло прямо с борта на берег. Но это быстро закончилось т. к. усилилась песчаная буря. Один из моментов оправданности названия мероприятия :)<